Новости События Общее
Анонс событий

Воспоминания Александра Арсеновича Дадаяна

Дадаян Александр Арсенович – кандидат физико-математических наук, профессор, награжден орденом «Отечественной войны II степени». За период своей научной деятельности Александр Арсенович Дадаян издал 8 учебников и учебных пособий, свыше 100 научных публикаций. Под его руководством подготовлено 20 кандидатов наук. За вклад в научную деятельность, в частности за развитие тензорной теории тканей на поверхности, Американский биографический институт в 1997 г. избрал Александра Арсеновича «Человеком года».

Александр Арсенович Дадаян вспоминает: «Когда началась Великая Отечественная война, мне было всего 16 лет. Жил я с родителями в г. Баку. В то время война была далеко от нас, и нам, как и всем, казалось, что она скоро закончится и наша доблестная Красная Армия прогонит гитлеровских завоевателей из пределов нашей страны. Но когда уже в 1942 г. отдельные немецкие самолеты прорывались в нефтяной Баку, нам стало ясно, что война так скоро не закончится.

Мы, семнадцатилетние школьники, обивали пороги военкомата и просили, чтобы нас призвали в армию. Но каждый раз нам отказывали, говоря, что мы не успеем доехать до фронта, как его уже там не будет. Однако в августе 1943 г., когда нам уже исполнилось по восемнадцать, нас призвали. Мы очень обрадовались, когда нас посадили в поезд. Мы знали, что призваны в пограничные войска, нас отправили на иранскую границу. Мы, конечно, были разочарованы, но позже узнали, что в ноябре должна быть Тегеранская конференция глав государств СССР, США и Великобритании. С этой целью предприняты меры по усилению границы с Ираном. Охранялась не только граница, но и весь путь движения нашей делегации во главе со Сталиным ‒ от Москвы до самого Тегерана. Предполагалось, что Сталин поедет поездом, но потом стало известно, что он полетел самолетом.

На иранской границе я прослужил до июня 1944 г. Охранять границу было несложно, так как сопредельная страна уже полностью была освобождена советскими войсками от многочисленных немецких диверсантов, засланных для совершения диверсий против нашей страны.

В июне 1944 г., когда уже было очевидно, что недалек тот час, когда вся территория страны будет освобождена от немецких войск, необходимо было организовать охрану западных границ. Командованием было принято решение: выделить из других погранотрядов необходимое число людей. Нужны были опытные пограничники, так как на освобожденной территории немцы организовали из числа различных отщепенцев бандитские формирования, которые мешали восстановлению разрушенного хозяйства и снабжению продвигающихся на Запад войск боеприпасами и продовольствием.

Многие желали попасть в эти отряды. Мне повезло. Я упросил начальника заставы включить меня в список для отправки. Я был тогда секретарем комсомольской организации заставы. И вот в начале июня нас погрузили в товарные вагоны, мы поехали на запад. Ехали около двух недель, наш эшелон немцы бомбили трижды. Были жертвы. Когда мы прибыли в Тернополь, война шла в нескольких километрах западнее его. Весь город был в руинах. Еще не все пожары были потушены, но железная дорога была восстановлена.

Действующая армия двинулась на Запад, а мы расстались на заставах, расположенных в нескольких километрах друг от друга вдоль Западного Буга. Шла война, не хватало людей, заставы были обеспечены не полностью. Большую часть времени приходилось проводить не на границе с Польшей, которая пока была условной, а сражаться с большими бандгруппами, которых в то время в Западной Украине было немало. Почти каждую ночь то в одном селе, то в другом появлялись бандеровцы и расправлялись с местной властью. Нам приходилось вступать с ними в бой. Были случаи, когда эти банды нападали и на заставы и мы спешили последним на выручку.

Так продолжалось вплоть до 1949 г., когда война уже давно была за­кончена. Первое послевоенное пополнение пришло на заставу уже в 1946 г. и нам стало намного легче. Уже прекратились массированные нападения на заставы, определилась демаркационная линия границы, и мы в основном занимались ее охраной. Однако на границе было неспокойно. В лесах Львовщины и Закарпатской Украины было много различных банд, которые постоянно нарушали ее. И мы частенько выезжали на выручку наших пограничных нарядов.

Летом 1946 г. польская стражница (так называлась польская застава), находящаяся в г. Белз, сообщила, что на нее напала большая бандгруппа, и они просили помощи. В то время на заставах не было ни танков, ни машин. И вот во главе с заместителем начальника заставы группа пограничников из 15 человек выехала на помощь полякам. Бой был тяжелым, длился около 4-х часов, и если бы не резервная застава нашей комендатуры, которая пришла нам на помощь, он еще не скоро бы закончился. Наша застава в этом бою потеряла двух пограничников: младшего сержанта Семина из Свердловска и Усманова из Татарии, ребят мы хоронили с почестями. На похороны приехали и наши друзья-поляки. Хоронили на заставе. Там у нас уже лежало 6 человек. Мы это место называли Пантеоном 13-й заставы. Через месяц на могилу к Семину приехали его родители. Они жили у нас около десяти дней.

Я в то время был старшиной заставы. Коллектив заставы был очень сплоченным. Это была настоящая большая семья, в которой каждый проявлял заботу о другом. Среди нас было много ребят различных национальностей: русские, украинцы, белорусы, армяне, грузин, азербайджанец. Новое пополнение пришло из Чувашии и Татарии. И никогда, ни при каких обстоятельствах не возникал национальный вопрос.

Служба на границе имеет свою специфику. Здесь все происходит внезапно, и часто не бывает времени, чтобы распределить обязанности в бою, хотя все решается заранее, действия на каждый случай определяются на заставе, перед выходом в наряд: кто как должен двигаться, какими ориенти­рами пользоваться, как проявлять себя при внезапном нападении или при обнаружении нарушителя.

На 13-й заставе я прослужил до февраля 1947 г. в должности старшины. Потом был переведен в г. Сокол в управление погранотряда на должность старшины резервной комендатуры. Мы часто выезжали на помощь заставам. Однажды летом 1947 г. нас подняли по тревоге и мы выехали в Закарпатье, в город Турки. Там в горах, сплошь покрытых лесами, появилась большая группа, которая пробиралась из Польши на нашу территорию. Это были остатки обученных еще немцами для подрывной работы в тылу бандитских формирований. Почти целый месяц мы прочесывали эти леса. Противник разбился на мелкие группы и появлялся то в одном селе, то в другом. Бои были не из легких в густых зарослях, в горах, в жару. Это были последние боевые операции, в которых мне довелось участвовать.

Демобилизовался я в апреле 1950 г. (нас долго не демобилизовали из-за тяжелой обстановки). Вернулся в г. Баку к родителям, за месяц сдал экстерном экзамены за десятый класс и в сентябре поступил на математическое отделение университета.

В 1955 г. я окончил учебу в университете и стал преподавать в школе математику. Но очень хотелось расширить свои знания и заняться серьезной наукой. В 1960 г., успешно сдав экзамены, стал аспирантом кафедры геометрии и топологии Московского педагогического института.

В 1965 защитил кандидатскую диссертацию по теме «Тензорная теория тканей и поверхностей».

В 1966 г. я послал документы на конкурс по замещению должности доцента в Минский государственный педагогический институт имени А.М. Горькою, прошел по конкурсу и вместе с семьей переехал в город Минск. С тех пор считаю Беларусь своей второй Родиной, так как живу здесь уже около сорока лет.

С 1967 г. заведующий кафедрой математики и методики преподавания математики. В 1983 г. мне присвоено звание профессора. С 2002 г. ‒ на пенсии.

Расскажи друзьям: Воспоминания Александра Арсеновича Дадаяна